header_bg

В апреле 2019 года Министерство просвещения РФ разъяснило, что школы не вправе требовать от поступающих на работу диплома учителя: хватит диплома по любой специальности

В апреле 2019 года Министерство просвещения РФ разъяснило, что школы не вправе требовать от поступающих на работу диплома учителя: хватит диплома по любой специальности, если она как-то связана с преподаваемым предметом. Много лет педагогический диплом был непременным условием приёма учителя на работу, а наличие таких дипломов у учителей — аккредитации школы, а вот теперь — всё. Свобода. Приходите хоть кто-нибудь и преподавайте. «Позвольте, но ведь ваш министр говорит: дидактика нужна, методика…» — Приходите-приходите, возьмём. 

Чтобы в должной мере оценить новость, вспомним предысторию. На заре образовательной реформы среди профессионалов был едва ли не консенсус: начинать её нужно с апгрейда как раз педагогического образования, явно обветшавшего и нездорового. Реформаторы поступили иначе. Лет десять они педобразования будто и не замечали, а потом принялись его резво уничтожать: позакрывали (ликвидировали, слили с чем-то, реорганизовали) две трети педвузов страны. «Реформу педобразования» ещё не возвещали, но была полуофициально принята инновационная идея ненужности педвузов: учителей, мол, надо готовить в классических университетах, — и десятки «педагогических университетов» сделали университетами «классическими». 

А потом шла «борьба за эффективность вузов» — и педвузам по минобровским критериям эффективности трудно было уцелеть. На нормальный-то человеческий взгляд, N-ский педвуз достаточно эффективен, если исправно снабжает учителями N-скую область, но Минобр не признавал право N-ского педвуза на жизнь, если, допустим, в нём училось мало иностранных студентов… А там разверзлась уже и нарочитая реформа — по официальной формулировке, «поддержка развития педагогического образования». Она взялась резко менять «устаревшие методы и технологии» подготовки учителей. Впредь следовало готовить учителей по принципам «прикладного бакалавриата», для чего «заменить значительный объём теоретических курсов практической работой», теоретические же курсы ограничить тем, что прямо связано со школьной программой… Словом, в педобразовании наворотили именно то, что на этой неделе министр Васильева назвала вакханалией и призвала прекращать. 

Тем временем неожиданно, как всякая зима во всяком нашем городе, случился дефицит учителей. Он и не мог не случиться. Падёж среди педвузов более чем вдвое сократил приём на педагогические специальности за последние десять лет, а выбытие учителей из действующего корпуса с каждым годом ускоряется. До недавнего времени министерство отрицало саму возможность дефицита учителей, но шила в мешке не утаишь — и вот г-жа Васильева признала, что дефицит уже есть и очень быстро нарастает: через десять лет министр ожидает, «если не принимать необходимые меры», нехватки почти двухсот тысяч учителей-предметников. Это катастрофически много. 

И теперь вопрос: так какие же меры тут необходимы? Ответить трудно, поскольку проблема двоякая: и качественная, и количественная. С одной стороны, учителей готовят не слишком хорошо. Иные критики реформы педобразования клевещут даже, что готовить стали скорее массовиков-затейников, чем учителей. Свои плюсы в таком сдвиге наверняка есть — особенно если рассчитывать на дальнейшее упрощение «базовых» требований по отдельным дисциплинам, но пока что растущая доля выпускников педвуза, неспособных сдать ЕГЭ по собственной дисциплине, по привычке кажется весьма неприятной. Исходя из этого, министр Васильева и говорит: кончайте балаган, давайте всё-таки учить их как следует. С другой же стороны, людей с педагогическими дипломами уже сегодня остро не хватает, во многих регионах некому вести уроки, детишкам в аттестатах ставят прочерки. Исходя из этого, министерство и говорит: да чёрт с ним, с этим формальным ограничением, — учительствуйте с любым дипломом. Оба эти ответа хорошими не назовёшь: второй даст разве что временное облегчение, первый — и совсем никакого. 

Позволю себе напомнить, что в результате недавней безумной реформы бывший Минобр поделен натрое таким хитрым способом, что Минпросу, отвечающему за школы, педвузы не подчиняются. А для министра науки и высшего образования Котюкова обличения вакханалии, творящейся в «педах», со стороны г-жи Васильевой не многим более важны, чем аналогичные восклицания, издаваемые педагогической общественностью уже не первый год. Эта вакханалия — она у кого надо вакханалия, её авторы продолжают занимать высокие кабинеты, и прекращать её никто не возьмётся. Что же до снятия требования педагогического диплома, оно на некий срок смягчит нехватку «хоть каких-то» учителей, но настоящего облегчения не принесёт. Всё же учитель — отдельная и очень непростая профессия, которой, как правило, всё-таки нужно учить специально. Оговоримся: там, где учитель не более чем менеджер по продажам образовательных услуг, специально его можно не учить. 

Одно грустно: новация с дипломами может остатки педагогического образования в стране уничтожить физически. Примерно половина студентов педвузов — заочники, для того там и пребывающие, одновременно уже работая педагогами, чтобы получить ещё вчера необходимую корочку. Теперь она не нужна, и уже в этом году контингент педвузов может уполовиниться. Преподавателей посокращают, факультеты, а потом и вузы — позакрывают. Да, они были большей частью не первосортны, но они были; где N-ские области будут впредь добывать учителей, вопрос очень интересный. Из выпускников классических университетов, говорите? Ну-ну. 

Александр Привалов

Большая подборка материалов сайта посвященных проблеме разрушения современного образования: https://narasputye.ru/archives/tag/образование

Добавить комментарий

Форма обратной связи





Я согласен на обработку персональных данных.

×